Практики | Интервью

«Если хочешь заниматься тем, что тебе нравится, учись поддерживать себя сама»

«Тепло» — первый официальный благотворительный магазин в Перми. Здесь продают винтаж и брендовые вещи, а доход переводят на поддержку семей с детьми. У проекта есть и «тёплый» мерч, который создают в коворкинге, где мамы из подопечных НКО семей (да и любой желающий) могут овладеть профессией швеи и зарабатывать на этом.

О трудностях, страхах и победах в работе с благотворительным проектом мы поговорили с его координатором Анастасией Гуляевой.

Текст:
Маша Кокоурова

— Расскажите о зарождении проекта: как давно он появился? Возможно, была какая-то ситуация, которая окончательно убедила вас, что пора начинать? 

— Мы несколько лет мечтали, что однажды откроем такой магазин. У нас уже были готовы концепция и брендбук, который разработали для нас школьники из пермской школы дизайна «Точка». Разработка бренда, название и фирменный жёлтый — продукт, который ребята представляли на защите, когда выпускались. Получилось очень символично: дети помогли детям, да и сам дизайн нам очень понравился. 

Визуализация помогла быстрее прийти к цели. В ноябре 2019 года руководитель организации «Территория семьи» (проектом и частью которой является «Тепло», — прим. «Мастеров») Анна Зуева выиграла грант 200 тысяч рублей на открытие магазина и первые три месяца его существования, а уже в декабре мы запустились.

Анастасия Гуляева
координатор проекта «Тепло»

— С названием тоже помогли ребята из школы? 

— Да, название разработали школьники «Точки». Как по мне, оно получилось простое и очень символичное. 

Речь идёт об обмене теплом между людьми, когда одни передают ненужную одежду тем, кому от неё точно будет теплее.

— Расскажите про главные проблемы в начале пути, если такие были? Может, сталкивались с недоверием, когда говорили: «А у нас тут благотворительность».

— Как ни странно, окружающие, малознакомые мне люди восхищались и вдохновлялись проектом. А вот скепсис был со стороны близких людей. Звучали фразы или «Ты, конечно, у нас умница, мы в тебя верим, но идея проекта — фигня», или «Насть, ты два диплома получала (по образованию я преподаватель иностранных), для того чтобы рыться в старых вонючих шмотках?», или «Ничего, побалуешься, увидишь, что никто ничего покупать не будет, и найдёшь нормальную работу в офисе или в школу пойдёшь работать, по профессии». 

И это ужасно тяжело, если честно. Когда ты впахиваешь над молодым проектом по 10 часов в сутки шесть дней в неделю, конечно, не всё идёт так, как ты рассчитывала, приходишь домой, но ничего не можешь рассказать, потому что всё будет воспринято не так, как тебе хотелось бы. Это научило меня одной крутой вещи: если хочешь заниматься тем, что тебе нравится, учись поддерживать себя сама. Верь в себя. Никто, даже близкий человек, не обязан иметь такую же точку зрения, как у тебя.

— А как сейчас реагируют, спустя почти год после запуска?

— Теперь я понимаю, что это было проявление волнения и переживаний за меня, а не желание сделать мне плохо. Сейчас, когда проект доказал своё право на существование, а я — на успешное руководство им, никто уже такого не говорит. Хотя есть один хороший знакомый, который до сих пор подшучивает: «Ну что, как там твои бедные дети и благотворительность? Всех спасла?», но это меня уже не задевает.

— Существует стереотип, что у участников благотворительных проектов нет зарплаты: мол, всё для души. Так ли это? 

— Стереотип. Я очень много работаю над проектом, несу ответственность за него, и, конечно, мой труд должен оплачиваться. У меня есть фиксированная зарплата с самого открытия магазина. Других проектов у меня нет, поскольку «Тепло» на данном этапе занимает всё моё время. 

В самом начале у нас были просчитаны бюджет и все крупные расходы — важно было не выйти за его пределы и получать деньги, на которые можно жить.

— Получается, вы и продвигаете проект, и лично работаете в магазине?

— До ноября было так. А недавно мы взяли продавца на три дня в неделю. Потому что, стоя за кассой каждый день, я занималась развитием проекта очень ограниченно. А ещё для продуктивной работы нужно качественно отдыхать, да и магазин теперь не будет простаивать каждое воскресенье. Когда над проектом работают люди, которые несут за него ответственность, которые работают над ним регулярно, а не приходя-уходя, когда зарплата зависит от успешности проекта, однозначно, продукт выходит лучше. 

Хотя у нас есть и волонтёры. Они у нас изначально приходят «на клич»: кто-то помогает разово, например, собрать примерочные и повесить полочки, а кто-то регулярно помогает, когда нужна помощь. Можно сказать, небольшая база волонтёров у нас уже накопилась. Без этих людей тяжелее было бы развивать проект, конечно.

Анастасия Гуляева
координатор проекта «Тепло»

— На каких условиях работает новый продавец?

— Она пока что на испытательном сроке и получает только оклад: 500 рублей в день. Далее будет процент с продаж. Я считаю, что желание поучаствовать в классной движухе, быть полезным и причастным к чему-то важному — хорошая мотивация. Но пока лучше денег ничего не придумали.

— Насколько трудно было отыскать помещение? Расскажите про этот процесс.

— Мы были строго ограничены во времени поиска: у нас был месяц, чтобы найти «то самое» и открыться в декабре, поскольку это самый удачный месяц для запуска. У нас не было супертребований: хотелось светлое небольшое помещение, с адекватной арендой. Но выбор был невелик: свободных площадей в декабре практически нет, нас никуда не хотели пускать, потому что арендодателям концепция нашего магазина казалась «мутной», большинство не хотели «б/у вещей».

— Ещё один арендодатель передумал нам сдавать помещение прямо перед заключением договора, потому что укрывался от уплаты налогов, а для нас принципиально, чтобы всё было официально и с договором. Это гарантирует, что мы не окажемся на улице через месяц, к тому же за все расходы отчитываемся перед жертвователями организации и первые три месяца — перед грантодателем.

Анастасия Гуляева
координатор проекта «Тепло»

Мы потратили много нервов, пока просто не выдохнули и не решились посмотреть отдел на 20 квадратных метров в ТЦ, мимо которого проезжали и совсем не рассчитывали увидеть что-то, что нам подойдёт. Но, побывав в помещении, поняли: это оно.

— Расскажите про стоимость аренды?

— Тот уютный отдел в не очень проходимом ТЦ на окраине центра города, если можно так сказать, обошёлся нам в 12 тысяч, ну и плюс оплата электричества. В октябре решили расшириться и взять соседний пустующий отдел: сейчас занимаем почти 40 «квадратов». Аренда [за эту площадь] — 20 тысяч рублей плюс коммуналка: например, в октябре [она была] 250 рублей. У нас лояльный арендодатель, он сделал нам скидку на второе помещение и разрешил бесплатно установить на этаже контейнер для сбора вещей, а ещё указатели по ТЦ. Обычно за это просят доплату.

— Не боялись расширяться? А-ля «вдруг не потянем».

— Были страхи, что после расширения товарооборот толком не вырастет, а расходы значительно увеличатся, ведь нужно было докупать оборудование и потратить деньги на ремонт прохода между отделами. Но нет. 

Интуиция и предварительный расчёт бюджета помогли сделать правильный выбор.

— Вы называете себя «первым официальным благотворительным магазином Перми». Как я понимаю, здесь главное слово «официальный». Расскажите, пожалуйста, подробнее об официальности: у вас есть открытая отчётность?

— Сейчас сам проект не предоставляет финансовую отчётность, поскольку является частью общественной благотворительной организации, — соответственно, все средства с продажи вещей автоматически поступают на её счёт. Организация, конечно, каждый месяц предоставляет финансовый и содержательный отчёты, итоговый в конце года.

Возможно, когда «Тепло» сможет позволить себе собственного бухгалтера по проекту, мы будем отдельно выводить цифры по продажам. В любом случае мы открыты и всегда готовы ответить на все возникающие вопросы, связанные с тем, на что были потрачены средства.

Анастасия Гуляева
координатор проекта «Тепло»

— Нужно ли было регистрироваться как некоммерческая организация (НКО)? 

— Наш магазин — часть давно существующего НКО. Но, поскольку это непривычная история для России, когда у НКО есть деятельность в виде отдельного магазина, приносящая доход, под неё не было ничего адаптировано. 

Да, в течение месяца шла активная борьба руководителя организации и системы. Да, в банках и у арендаторов онлайн-касс понятия не имеют, что такое НКО и что у них нет «налоговых архивов». Да, у организаций третьего сектора количество слов в названии не пересчитать на пальцах двух рук — оно не входит в электронную форму банка. Да, когда говоришь техподдержке: «У меня НКО», они недоумевают, что это такое, и думают, что у тебя НЛО.

Всё это энергозатратно, но нужно быть настойчивым, чтобы пробиться сквозь заданные рамки. У нас получилось.

— А как с гостями и покупателями? У них есть уверенность в том, что деньги с покупки точно уйдут на благотворительность? 

— Это всегда история про открытость, публичность и отчётность. Во-первых, организация предоставляет в открытом доступе все уставные документы, имеет сайт и соцсети, её деятельность поддерживают СМИ.

Во-вторых, организация предоставляет жертвователям отчёты о проделанной работе и расходе поступивших средств — финансовые и содержательные. Финансовый направляется и в Минюст. 

В-третьих, строго никаких личных карт сотрудников или лиц, кому организация помогает. Только перевод пожертвований на расчётный счёт организации, выдача чека на покупку в благотворительном магазине. Потому что только в этом случае с организации можно «спросить». 

В-четвёртых, отзывы тех, кому организация помогает. 

В-пятых, если совершить пожертвование, всегда можно запросить детальный отчёт, на что были потрачены деньги. 

Материалы по теме
Про пиар, комьюнити и работу с репутацией социальных и благотворительных проектов рассказал директор «Ночлежки» Григорий Свердлин.

— Как вы выбираете вещи для «Тепла» и откуда их везёте? 

— Социальный склад — якорный проект «Территории семьи». Туда от пермяков поступает до полутора тонн одежды ежемесячно, он помогает одеть и обуть около 300 нуждающихся семей каждый месяц. Иногда туда приносят и бренды, вечерние платья, каблуки. Такие вещи и уезжают на продажу в «Тепло».

На самом деле большую часть одежды мы передаём в семьи. Ещё для нас принципиально, чтобы все детские вещи полностью передавались тем, кому они нужнее, поэтому в магазине представлена только взрослая одежда. Мы следим и за качеством вещей, которые передаём в семьи: то, что уже непригодно к носке, мы отправляем на переработку.

Анастасия Гуляева
координатор проекта «Тепло»

— А с кем сотрудничаете по теме переработки?

— С пермским «Нафталином». Из непригодной к носке одежды [там] производят регенерированное волокно. Его используют, например, как подложки под линолеум, шумоизоляцию, наполнитель для игрушек, в мебельном производстве.

— Была ли идея поставить боксы для сбора? Многим наверняка просто лень везти вещи на склад.

— У покупателей «Тепла» был запрос на то, чтобы мы начали принимать вещи в магазине, но у нас нет места, где всё это хранить, а приносят нам очень много. Я решила поставить контейнер для сбора вещей в 10 шагах от магазина, на этом же этаже. Теперь все довольны: контейнер пользуется спросом. Его мы с сотрудником склада вывозим один-два раза в неделю, от 30 до 50 кг за выезд. Другие ТЦ, когда узнали о контейнере, попросили поставить такой же. Но сейчас у нас нет ресурсов обслуживать несколько точек в городе.

— Каким образом устанавливаете прайс на вещи?

— Я оцениваю вещь в зависимости от её состояния, бренда, актуальности, универсальности, сезонности, при этом оставляя её доступной и выгодной к покупке. 

У нас можно найти бренды премиум- и мидл-сегмента в 10 раз дешевле, чем они стоили в магазине.

— Как я понимаю, примерный диапазон по стоимости вещей — от 100 до 1 500 рублей. Но у вас вполне может встретиться и рубашка Gucci за три тысячи. Думаете, целесообразно в благотворительном секонде продавать бренды?

— Конечно, в этом и его суть! Можно купить вещь отменного качества и сделать тем самым вклад в доброе дело. У нас есть один рейл с действительно дорогими брендами, остальное очень доступно по цене. На каждую вещь у нас своя аудитория покупателя. 

— Расскажите о своём экомерче и процессе его создания. Какой здесь процент уходит мамам? И пользуется ли этот проект спросом вообще?

— Да, один из проектов организации — это швейный коворкинг. Это пространство, где подопечные могут пройти мастер-классы по пошиву одежды для себя и близких. Если будет желание, можно пойти дальше и получить профессию швеи: брать заказы на пошив одежды и шить мерч для нашего магазина.

Сейчас у нас в продаже есть многоразовые маски, экосумки, свитшоты, шапки. На подходе — сувенирка к Новому году, а ещё шоперы из старых джинсов, экомешочки и многоразовые бахилы. Мамы получают за свой труд 30% от стоимости вещи. Остальное уходит на материалы, налоги и прочие расходы, 10% идёт на счёт организации.

Анастасия Гуляева
координатор проекта «Тепло»

После карантина деятельность коворкинга возобновилась — новый поток вот-вот начнёт проходить обучение.

— Тогда рассказывайте свою карантинную историю… Как выживали? 

— Когда нам пришлось закрыть магазин на карантин вместе со всеми, мы поняли: это минимум на месяц. Значит, надо адаптироваться и искать варианты. У «Тепла» была небольшая «финансовая подушка», но тратить её не хотелось. Было неясно, что станет с организацией и нашими подопечными. 

Магазин закрыли, продаж, конечно, не было, а расходы проекта не уменьшились. Тогда мы увидели у какого-то интернет-магазина рекламу многоразовых масок. Прикинули: все ресурсы на их отшив у нас есть, но действовать нужно было быстро. В ту же ночь отшили несколько пробных вариантов масок, из них отобрали два лучших, выставили в соцсетях предзаказ. И тут посыпались заказы! Мы быстро съездили за тканью, развезли швейные машинки нашим мамам по домам и начали такое дистанционное производство. 

После подключились и несколько крупных пермских компаний с оптовыми заказами и даже компания из другого региона. Мы очень переживали, доедет ли посылка: тогда всё было непонятно. Так и работали: принимали заказы в интернете, девочкам привозили материалы, они шили, потом забирали у каждой и увозили маски клиентам. Это помогло нам не только покрыть расходы по проекту за четыре месяца простоя магазина, но и предоставить нашим подопечным семьям доход в сложное время, чтобы детишкам не сидеть голодными. И часть масок мы передавали нуждающимся бесплатно.

Фото: чарити-шоп «Тепло» 

VKFacebookTwitter

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: