Практики | Интервью

«Половина вашего мусорного ведра — это удобрение»

Органика составляет значительную часть бытовых отходов, но не перерабатывается на свалках. Превратить органические отходы в натуральное удобрение можно с помощью компостных червей — предприятия, которые этим занимаются, называются вермифермами. Мы поговорили с создателем такой фермы в Петербурге, Владимиром Масалабом, о том, как работает пункт приёма органики, чем черви могут помочь городским социальным проектам и на чём может зарабатывать вермифермер.
Текст:
Анастасия Кокоурова
Новый курс

Как запустить
экологичный бизнес-проект

Эксперты бесплатного онлайн-курса познакомят с ключевыми этапами построения «зелёного бизнеса», с рисками и проблемами, существующими в данной сфере.
Новый курс

Как запустить
экологичный бизнес-проект

Эксперты бесплатного онлайн-курса познакомят с ключевыми этапами построения «зелёного бизнеса», с рисками и проблемами, существующими в данной сфере.

— Расскажите, как устроен ваш пункт приёма органики. Какие отходы принимаете, как их потом перерабатываете?

— Прямо сейчас работа пункта приостановлена, но до пандемии мы принимали органику еженедельно по воскресеньям. Нам можно приносить отходы растительного происхождения, также принимаем целлюлозу — загрязнённые пищевые упаковки, например, от пиццы, которые не принимают в качестве макулатуры. Натуральные ткани — хлопчатобумажные, лён и другие — тоже берём. Нам привозили тряпки, которыми протирали фритюрницы, — червячки их отлично переработали.

Не принимаем органику животного происхождения — мясо, кости, рыбью чешую. Молочные продукты тоже не годятся, потому что они закисают в компостере.

Собранную органику мы разбавляем торфом, реже — землёй или навозом, поскольку в чистом виде она трудно перерабатывается, — из неё нужно сделать так называемую кормосмесь. Полученное закладываем в вермикомпостеры — конструкции, в которых обитают черви, которые её перерабатывают.

Владимир Масалаб
создатель вермифермы и пункта приёма органики

— А выездные акции проводите? 

— Один раз участвовали в акции «Органика — не мусор». Больше, скорее всего, участвовать в выездных мероприятиях не будем. У нас немного другие приоритеты: хочется наращивать объём и работать с заведениями общепита. 

— Достаточно ли вам собранной у населения органики? Не отталкивает ли людей необходимость сортировать и хранить её?

— Да, мы просим разделять некоторые фракции, а какие-то вообще не принимаем. Иногда сталкиваемся с критикой, но она всегда связана с непониманием. Мы объясняем, что, например, яичная скорлупа используется как отдельное удобрение, а ореховая скорлупа — как дренаж для растений. Когда люди разбираются, больше вопросов не возникает.

По большому счёту, мы же никого не заставляем приносить нам свои отходы: это всё по доброй воле.

— Какие экологические проблемы вы решаете? 

— Люди, которые живут неподалёку от свалок, знают, что такое свалочный газ и как он пахнет. Это обусловлено тем, как устроены свалочные полигоны: мусор там закладывают по принципу пирога. На полигонах отходы утрамбовывают, засыпают землёй, сверху насыпают новый слой мусора, снова утрамбовывают. В отличие от компостера, образуется бескислородная среда — выделяются метан и парниковый газ. 

— Вы сказали, что планируете работать с общепитом. Есть предложения?

— Да, многие экологически ответственные кафе и рестораны интересуются сотрудничеством. У нас уже были диалоги с коммерческими организациями, которые готовы платить за утилизацию органики. 

— А какой объём органики нужно перерабатывать, чтобы с ними сотрудничать? И какой объём у вас сейчас? 

— Последние разы принимали от 300 до 800 литров в неделю. Вообще, ферма способна перерабатывать до 1 000 литров в неделю. 

— Сейчас, во время пандемии, мы немного притормозили размножение червей — понизили температуру в помещениях и реже даём корм. Но, если соблюдать все условия, нужные червю, удвоение популяции происходит каждый месяц, так что потенциально наращивать объёмы переработки можно до бесконечности. Вопрос только в том, насколько это будет актуально для граждан, города и будет ли это рентабельно.

Владимир Масалаб
создатель вермифермы и пункта приёма органики

Мы принимаем органику безоплатно: ни нам никто не платит, ни мы никому не платим. Это все делается скорее из энтузиазма. У меня нет возможности вкладывать свои средства на полноценное развитие, поэтому нужно вывести ферму хотя бы на окупаемость, а в идеале — чтобы хоть какая-то прибыль была. 

— Почему вы вообще заинтересовались вермифермерством? Кажется, это не самая очевидная идея для предпринимательства. 

— Я всю жизнь прожил в городе, а в 2012 году переехал в частный дом с небольшим участком земли. Стал интересоваться огородом. Мне очень хотелось, чтобы продукты, которые я выращиваю, были максимально полезны для меня и моей семьи.  Однажды где-то в интернете наткнулся на информацию о том, что большую часть мусорного ведра можно переработать в натуральное удобрение. Стал изучать вопрос.

— Первых червей заказал на «Авито», компостер сделал своими руками. Потом они начали плодиться, появился второй компостер, потом третий, четвёртый. Стал задумываться, что с ними делать, — начал понемногу продавать. Так потихоньку и развивал дело.

Владимир Масалаб
создатель вермифермы и пункта приёма органики

— Что вообще такое вермиферма? Как она выглядит? 

— Есть разные способы содержания червей. Если позволяет площадь, прямо на полу насыпают большие гряды навоза. Для более маленьких площадей подходят вермикомпостеры. Площадь нашей фермы небольшая — несколько сотен квадратных метров, — и червь содержится в вермикомпостерах. Это закрытая площадка, потому что червю необходима круглогодичная температура плюс 18-20 градусов. 

Сейчас весь труд ручной: оборудования пока нет. Я планирую после пандемии попробовать получить субсидирование от государства как раз на закупку оборудования: нужны сепаратор для отделения биогумуса, чтобы не просеивать вручную, и шредер для измельчения органики (чем мельче органика, тем быстрее она перерабатывается). 

— Чем те черви, которых вы разводите, отличаются от обычных дождевых, что можно накопать в огороде? 

— Культурные виды червя отличаются, во-первых, скоростью размножения, во-вторых, усидчивостью в среде: их дикие собратья не очень любят находиться в замкнутом пространстве. В-третьих, черви в вермиферме более прожорливые и потребляют в десятки раз больше органики.

Кроме того, червь приучается к определённому питанию: дикие черви неохотно поедают бытовую органику, потому что в природе они её не едят.

— Сколько времени проходит от сбора органики до получения готового удобрения? 

— Зависит от вида органики. Банановые шкурки перерабатываются за несколько дней, а кожура авокадо или граната — за несколько месяцев. Просев кормового субстрата происходит несколько раз: первый раз просеиваем через две-три недели — что осталось непереработанным, снова закладываем в компостеры. 

— Органику вы получаете бесплатно. А какие у вермифермы есть расходы? 

— Основные статьи — аренда помещения, коммунальные расходы. Сотрудников сейчас нет — справляюсь сам, помогают волонтёры. 

— Ваш бизнес — это производство гумуса? Сами вермифермы тоже продаёте? 

— Большая часть дохода сейчас идёт как раз от продажи самого червя, а также консультирования людей, которые хотят открыть подобное производство. Червя продаём частным лицам — экологически сознательным людям, которые хотят компостировать органику, — и рыболовным магазинам.

— Продажи гумуса пока оставляют желать лучшего. Чаще раздаём его: поддерживаем другие экологические или социальные проекты. Например, у нас была совместная акция с движением «Круг жизни» — они занимались саженцами в доме-интернате в городе Павловске, а мы помогли удобрением. Ещё помогали проекту, который занимается высаживанием топинамбура для борьбы с борщевиком.

Владимир Масалаб
создатель вермифермы и пункта приёма органики

В последнее время обращаются жилищные компании, которые занимаются устройством дворов в новых жилых комплексах, где земля совсем скудная. На большие торговые сети тоже планирую выходить через какое-то время. 

— Насколько вообще в России развито вермифермерство? 

— Вермифермерство развивается у нас в стране около 30 лет. Но большинство наших вермиферм работает на навозе крупного рогатого скота. Поэтому они, как правило, расположены в областях, где есть большие коровники. Производят биогумус, продают саму массу червя. Червей используют в животноводческой сфере, например, как корм для кур или рыб, поставляют в рыбные магазины. А вообще, этой отрасли можно найти разное применение.

В азиатских странах есть предприятия, которые занимаются переработкой городских сточных вод с помощью вермикультуры.

— У вас есть не только вермиферма, но и органический огород. Планируете развивать его как бизнес?

— Да, собираюсь заниматься производством экологически чистых продуктов питания: это очень актуальный вопрос сейчас. 

— Вы учитесь на пермакультурного дизайнера. Что это за специальность? 

— Текущая модель сельского хозяйства построена на противодействии человека и природы. Всё выращивается монокультурно, и огромные поля до горизонта засеиваются определёнными культурами — пшеницей, кукурузой. Всё обрабатывается пестицидами. Конечно, возникает серьёзная деградация почв. Сейчас земель, свободных от вмешательства человека, практически не осталось. Как считают экологи, вопрос здоровья почв — один из важнейших, которые стоят перед человечеством.

— Пермакультура — это производство продуктов питания в таких системах, которые подобны природе. В лесу же, например, никто ничего специально не удобряет, не борется с вредителями, а там всё в балансе. Пермакультурный дизайн — это создание таких природоподобных систем на участках любой площади. Мы смотрим, какой на участке рельеф, как течёт вода, откуда дует ветер, как ходит солнце, и создаём систему, максимально похожую на естественную, способную функционировать самостоятельно.

Владимир Масалаб
создатель вермифермы и пункта приёма органики

При этом пермакультура не отказывается от современных изобретений, а, наоборот, использует альтернативную энергетику, например. Создание таких природоподобных систем ресурсозатратно: чтобы они начали функционировать, может понадобиться несколько сезонов. Но я считаю, что это необходимо: за последние 100 лет человек уже изменил облик планеты сильнее, чем за предыдущие тысячелетия.

VKFacebookTwitter

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: