Истории | Интервью

Le Rediska: как запустить производство микрозелени и прививать к ней любовь

Le Rediska — гастроферма из Ханты-Мансийска, придуманная во время карантина, в 2020-м. Здесь не только выращивают микрозелень, но и приучают Югру к новейшим биотехнологиям, качественному песто и фудкейсам.

Мы узнали у руководителя Le Rediska Олеси Харисовой о том, как получать поддержку от центра занятости, сколько можно выручить на микрозелени и что мешает общепиту внедрять её в свои блюда.

Маша Кокоурова Мастера
Текст:
Маша Кокоурова

— Когда у вас появилась идея завести свою ферму?

— Идея родилась в 2020-м, в пандемию, и скорее в качестве интересного хобби, но не без потребности. Хотелось привнести разнообразие в «хореку» (HoReCa, сфера гостеприимства, — прим. «Мастеров») города: на тот момент уже во всех регионах, даже в соседнем тюменском, вовсю использовали эксклюзивную зелень и микрозелень для декора блюд. 

— С чего начинают ботаники-любители? 

— Первым делом мы набирались теории. В нашем деле важно знать как минимум азы биологии и агротехнологии: периоды вегетации растений, качество посадочного материала, субстраты, свет, питание — это база.

Покупали курсы, читали книги, консультировались со специалистами на крупных производствах, которые на этом собаку съели. Помню, что самый дорогой из курсов стоил 15 тысяч рублей. Затем купили стартовый пакет с семенами, пару стеллажей. Если появлялись какие-то финансы (отпускные или премии на работе), то всё это шло в дело.

Олеся Харисова
соосновательница гастрофермы Le Rediska

— Кем вы работали? По специальности?

— Специальность — «Международные отношения», но по ней я не работала, а была в сфере культуры — корреспондентом и спичрайтером. 

— Как скоро вы ушли с прежней работы и погрузились в проект?

— Ушла в феврале 2022 года. В первый год жизни проекта мы всё тестили, потом по домам возили после основной работы. В тот период я ещё активно занималась бегом, то есть после работы развозила заказы, потом шла на стадион, бежала 10–15 км, а затем домой — готовить ужин. Тогда и появились мысли о том, чтобы убрать «что-то лишнее».


Юридически Le Rediska оформили в июле 2022 года.


— Хватило накопленных денег на дальнейшее развитие проекта? 

— После увольнения мы обратились за финансовой поддержкой в центр занятости — это помогло решить вопрос с помещением на старте и купить мойки для производства, смесители, столы.

— Ого! Центр занятости всем помогает или только микрозелени?

— Вообще, каждый предприниматель может претендовать на помощь от центра занятости. Это поддержка есть в каждом регионе, разница только в сумме: у нас 230 тысяч. 

— Какая отчётность?

— Необходимо приложить все чеки — ничего нового, затем приходит комиссия и сверяет приобретения. Ещё наш проект стал победителем в акселераторе креативных индустрий от «Деловой среды» в треке «Гастрономия», что принесло ещё 100 тысяч рублей.

Кроме того, проект — резидент «Технопарка высоких технологий» Югры в сфере биотехнологий, и он оказывает многостороннюю поддержку резидентам. А в этом году мы стали участниками акселератора технологических стартапов от Сколково; пока обучаемся с трекером.

Олеся Харисова
соосновательница гастрофермы Le Rediska

— Кажется, пандемия недооценена: как много крутых возможностей она даёт людям! Не страшно было начинать без фундаментального образования в этой сфере? Или по книгам реально обучиться?

— Всё зависит от объёма и разновидности выращиваемых растений. Для выращивания микрозелени иметь образование биолога точно не обязательно: с этим справится любой обыватель. Но вот поставить производство и подогнать посадки под план поставок — здесь нужны и опыт, и знания. 

Одно дело, когда у тебя, допустим, только три лотка гороха на подоконнике растёт. Другое — когда в неделю тебе нужно делать 15 килограммов, следить за качеством и сроком вегетации: это постоянный контроль микроклимата и составление технических карт как минимум. Ну а при работе со сложными, эксклюзивными растениями, которые необходимо вырастить до взрослого состояния и не на грунте, нужно и читать, и смотреть, и консультироваться.

— Почему «Ле Редиска»?

— В некотором смысле это самоироничное название. Мужской артикль le (из французского) напоминает о высокой кухне и гастрономии, редиска — опускает на землю, напоминая, что в нашем деле нет ничего важнее технологически правильных посадок.

— Что вы вкладываете в понятие «гастроферма»?

— Мы не просто сити-ферма, которая выращивает микрозелень, — мы интегрируемся с гастрономией. Производство салатных заправок и соуса песто по авторским рецептам — этим мы занимаемся.


Наша работа — не просто вырастить полезный продукт, а сделать так, чтобы его было вкусно есть, ну и красиво глазу.


К тому же наши компетенции позволяют консультировать заведения общественного питания и даже упаковывать фудкейсы под заказ с учётом современных тенденций.

— Расскажите поподробнее о своих изобретениях — фудкейсах, смузи, заправках.

— Мы стараемся подходить к работе креативно. Наверное, поэтому и вошли в Реестр креативных индустрий [Югры]. «Боксы-детоксы» уже стали именем нарицательным среди наших клиентов: это такой формат нашей продукции. Что касается заправок, то это сопутствующий продукт для салатов: с ними любые пресные овощи и даже пластиковые помидоры станут вкусными. Все знают, что нужно питаться правильно, но всё же это лучше удаётся, когда еда вкусная. 

Соус песто — производный продукт из нашего сортового базилика Дженовезе. Он не содержит никаких консервантов, красителей, усилителей, крахмала и всего такого, что есть в других песто. Фактически вкус у него, как если бы чья-то итальянская бабушка его приготовила.

Олеся Харисова
соосновательница гастрофермы Le Rediska

Сопутствующая продукция пользуется спросом не меньше зелени. Всё дело в авторских рецептах моего партнёра по делу: 17 лет в «хореке» дают о себе знать.

— Кстати, как вам бизнес с мужем? Есть же мнение, что это испытание и вообще лучше личное с бизнесовым не скрещивать. 

— В любых отношениях для меня, будь то личные, дружеские или деловые, главное — доверие, уважение и открытость. У меня есть бизнес-партнёр, который отвечает за то, в чём имеет компетенции, я же отвечаю за свои блоки. Помимо нас, есть ещё дизайнеры, друзья проекта, удалённые эксперты — и вместе мы делаем общее дело.

— Давайте вернёмся к цифрам. Я читала, что полтора года назад вы тратили на семена около 80 тысяч рублей в год. Сегодня это какая сумма? 

— Помимо роста объёма, за последний год выросли и цены на весь посадочный материал. Сегодня это около 180 тысяч в год.

Мы стараемся работать с российскими поставщиками, будь то оборудование, свет или посадочный материал. Но всё же некоторые семена даже российские производители докупают. При росте курса цена неизбежно растёт, но после заседания ЦБ обычно немного падает.


Мы не ждём стабильности в текущей ситуации — просто стараемся оперативно адаптироваться под изменения.


— Из каких городов у вас поставщики?

— Петербург, Москва, Краснодарский край. Все небольшие агропредприятия в России работают примерно с одними и теми же поставщиками. Мы просто пообщались с коллегами из других регионов и взяли контакты, там уже вышли дальше на одного, второго — и так по цепочке. Наш небольшой объём не позволяет работать с настоящим оптом: он начинается от 500 кг.

— Расскажите о своей ферме. Какая команда следит там за спокойствием «зелёных»?

— Сейчас у нас всего 35 квадратных метров, где шесть двухметровых стеллажей: это позволяет удовлетворить спрос частных магазинов и той «хореки», что стала на путь современной кухни. Платим [аренду] мы по средним городским тарифам — 1000 рублей за квадратный метр. Скоро нас ждёт переезд, предстоит большая работа: будем осваивать 200 «квадратов» и подключать дополнительные каналы сбыта. 

Что касается количества людей, то всё зависит от сезона. При большой нагрузке подключаем дополнительно рабочие руки, помимо своих.

— Какой у вас максимум по людям был и в преддверии чего?

— Время в преддверии праздников и весна — самые загруженные; было до четырёх человек, не считая дизайнеров и иногда фотографа.

— Выручка как меняется в зависимости от сезона?

— Летом она падает: одни уезжают в отпуска, другие просто едят арбузы, у третьих дачи. Если посмотреть статистику, то, например, в мае при шести точках реализации, включая «хореку», выручка у нас вышла 115 тысяч. С тех пор добавилось ещё четыре точки, скоро появится ещё три. Это очень немного, с учётом аренды и расходных материалов.


Наверное, поэтому все, кто раньше начинал заниматься этим делом, быстро сворачивались: это не про быстрые и лёгкие деньги.


— Трудно ли продвигать домашнюю ферму в онлайне? И как вы вообще это делаете? На какую площадку «ставите»?

— Мы не делим фермы на домашние и нет: работа есть работа. Мы начинали продажи с запрещённой ныне сети, сейчас у нас есть все соцсети плюс точки продаж, создаётся сайт. На первых этапах очень помогла поддержка друзей и знакомых: они были первыми клиентами, которые не скупились на репосты.

Бесплатный курс
Эксперты курса расскажут, как подготовиться к запуску продвижения, выбрать подходящие социальные сети, начать сотрудничать с блогерами и проанализировать результаты рекламной кампании.

Плюс мы всегда участвуем в городских мероприятиях, акциях, ярмарках и благотворительных проектах. Сейчас, спустя время, мы уже не возим заказы поквартирно, форматы меняются, но ценности у нас всё те же: если мы можем быть кому-то полезными, то стараемся найти ресурсы и подключиться.

— Как рестораны реагируют на ваши заявки? И сколько у вас партнёров в этом деле?

— На сегодняшний день у нас два постоянных партнёра, и могу сказать, что это самые современные ребята в своей отрасли.

У нас есть ряд сложностей с франшизными заведениями: они, даже если что-то и хотят внедрить, не могут ввиду прописанных протоколов из центральных офисов. Остальные, как правило, или не хотят ничего менять, или игнорируют всемирные тенденции, предпочитая по сей день украшать всё укропом.

Олеся Харисова
соосновательница гастрофермы Le Rediska

— Простые смертные могут закупать у вас микрозелень небольшими порциями? Это вообще выгодно?

— Мы сами простые смертные — клиенты у нас тоже смертные, сколько бы дополнительных лет жизни правильное питание ни сулило. На сегодняшний день мы реализуем продукцию через точки продаж. Стараемся, чтобы в каждом микрорайоне был магазин, где можно купить нашу продукцию, но своей торговой точки у нас нет. Работаем как классическое производство. Но, если нам звонят (бывает, хотят нечто эксклюзивное к празднику или что-то конкретное), мы всегда стараемся удовлетворить запрос, если он в наших силах.

— Как вы попали в каталог «Сделано в Югре»?

— Мы только недавно получили этот знак. Совсем скоро всю продукцию ждёт брендирование — он появится на упаковках. Сама процедура, на мой взгляд, не сложная, да и сотрудники фонда очень отзывчивые и оперативные. Этот знак вызывает доверие у потребителя, потому что он как минимум означает, что вся продукция прошла протокольные исследования и является безопасной.

— Расскажите о планах. Как хотите масштабироваться?

— Увеличение производственных площадей и мощностей, выход в ритейл — это главные задачи. Попутно брендируемся, где-то думаем над увеличением срока реализации, как в случае с соусом песто, например, где-то — над увеличением ассортимента, как в случае с заправками. 

Работы очень много — и физической, и интеллектуальной. У нас есть дорожная карта, она до конца 2026 года. Вот следуем ей, и пока всё идёт согласно маршруту. Как говорит старшее поколение: работа есть — это хорошо.

Фото предоставлены гастрофермой Le Rediska

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: