Практики | Монолог

«Мне не хочется, чтобы проект превратился в конвейер»

В 2015 году Анастасия Сон из Краснодара создала проект «Чудики» и начала делать игрушки по детским рисункам, причём без особой любви к шитью. Сегодня чудиков заказывают для детей со всего мира, а сама Настя уверяет, что может оживить любого нарисованного персонажа — будь то Лев, Собака или абстрактный Вихрь. Как сделать 100 таких героев за 20 дней и почему предпринимательница всё же не стремится к массовому производству — в рассказе Анастасии.
Текст:
Любовь Саранина

Отец-прорицатель и «запрос во Вселенную»

Однажды папа решил подарить мне швейную машинку — я его об этом не просила. Может быть, отцовское сердце подсказало, но он просто ответил, что она мне понадобится. Мы пришли в магазин и купили самую классную из тех, что были в наличии, — дело было в 2013 году, ещё до кризиса и подорожания. Тогда пользовались популярностью интерьерные куклы типа Тильды, и было много мастер-классов о том, как их сделать. Я сшила улитку в этом стиле, посмотрела на неё искоса — и все: машинка простояла без дела ещё года два.

— Я окончила факультет географии и туризма Кубанского государственного университета, но по специальности никогда не работала: понимала, что не хочу идти в офис, чтобы застрять там на несколько лет. После этого я работала администратором в [барбершопе] Chop-Chop, потом вела инстаграм салона красоты. Боялась остановиться на чем-то неинтересном. У меня был «запрос во вселенную»: найти что-то классное и «своё», чтобы реализовать внутренний потенциал, который я ощущала.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

В 2015-м ещё не было икеевских игрушек по детским рисункам, но в интернете мне попалась статья на эту тему. В ней рассказывалось о молодой маме из Америки, которая сшила изделие по рисунку своего ребёнка. Информация была скудной: буквально одна ссылка в гугле, две фотографии и никакого сайта. Но этого хватило, чтобы у меня сложился пазл: я поняла, что мне нужно делать такое в России. Меня не страшило ни то, что у меня не было ни одного кусочка ткани или ниток, ни то, что шить я не умела.

— Конечно, я могла держать иголку в руках, но если утрировать, то фразы «сшей игрушку» и «выкопай котлован» для меня тогда звучали одинаково. Мне было 20 лет, у меня не было друзей с детьми, поэтому я начала просить рисунки у знакомых своих знакомых. Никто из них не понимал, что за игрушку я хочу сшить и зачем, а я особо и не делилась планами. Мне просто хотелось здесь и сейчас реализовать идею, которая пронзила мне сердце.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

Первую игрушку я сшила в октябре 2015 года. Мне повезло, что она была суперлёгкой: простенький человечек с красно-жёлтыми волосами по типу «ручки, ножки, огуречик». Я шила на коленке, и мною двигал только жуткий интерес.

Душераздирающие письма блогерам и логотип в Paint

Так как я в то время уже интересовалась инстаграмом, примерно понимала, как продвигать проект. Пять лет назад блогеры ещё сотрудничали бесплатно. Я написала Дарье Бакулиной, у которой было 150 тысяч подписчиков, и отослала ей огромное душераздирающее письмо  с просьбой поддержать идею. В моём профиле на тот момент было две фотографии. Я сделала для Даши отвратительного, как я сейчас считаю, чудика, отправила ей, и сразу после получения она выложила в инстаграме коллаж с описанием моего проекта. Так ко мне пришли первые 700 человек. Я была в шоке от того, что кому-то интересны мои каракули, но так у меня появилась уверенность в том, что я смогу довести дело с «Чудиками» до конца.

В соцсети также были популярны SFS: ты рассказываешь о ком-то в своём профиле, и, если ты понравился этому человеку, он пишет о тебе. Это был один из первых инструментов продвижения, на который не нужно было тратить ни рубля. Я участвовала в SFS Жени Волковой: у неё тогда были огромное количество подписчиков и дорогая реклама, а она просто взяла и выложила «Чудиков» со словами «О боже, смотрите, какой проект». После этого ко мне добавились ещё 1 500 подписчиков. Многие крупные блогеры, до которых было не достучаться, писали о проекте совершенно бесплатно, по любви — и этим помогали ему расти.

SFS — shout out for shout out, или «упоминание за упоминание».

— К Новому году у меня уже были постоянные заказы, которые я исполняла медленно: мне не хватало знаний. Когда я думала, как перенести рисунок на ткань, это вызывало у меня ступор: бывает, дети шлют рисунок размером с одну фалангу пальца, а тебе нужно сделать по нему игрушку высотой 50 см.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

Я воспринимала «Чудиков» как хобби и не думала о количестве: если есть хоть один заказ, и то хорошо. Первые полгода игрушки стоили 500-800 рублей — фактически я шила их по себестоимости, а то и дешевле. Не знала, какую ткань использовать: ходила на рынок и пыталась выбрать материал на ощупь. Помню, увидела, что метр материала стоит 400 рублей, и подумала: «О боже, что я вообще затеяла». Я понимала, что ничего не заработаю, да ещё и потрачу на игрушку три дня, но моей мотивацией были не деньги, а сама идея.

К тому же я просто боялась просить больше: не понимала, сколько может стоить моя работа и в честь чего вообще люди должны мне платить. Это сейчас выходят [на рынок] с готовым брендом и продуктом, знают ему цену. У меня всё строилось на энтузиазме, не было никакой упаковки, а первый логотип я сама нарисовала в Paint.

«Синдром самозванца» и хороший пинок

Я сильно уставала, поэтому в феврале 2016 года решила уйти с работы и заняться только «Чудиками». Мне казалось, что так смогу брать больше заказов, и я была уверена, что их количество возрастёт. Но никакого бума, конечно же, не произошло, и я начала метаться: «А правильно ли я сделала? Может быть, поспешила?».

В марте 2017-го я совсем отчаялась и готова была пойти работать по специальности в сферу туризма: игрушки стоили дёшево, и на эти деньги нельзя было прожить. У меня было преддепрессивное состояние, казалось, что всё рушится, — как в кино. Но однажды утром мне написали и предложили поучаствовать в благотворительной акции: нужно было сшить 100 игрушек за 20 дней — для спонсоров, которые помогают детским домам.

— Я назвала цену в полторы тысячи рублей за игрушку, посчитав, что за 20 дней заработаю 150 тысяч, — то есть я вообще не учла, сколько потрачу на ткани. Помню, как боялась оценивать работу и думала снизить цену до тысячи. Тогда ещё не пользовались термином «синдром самозванца», но я чувствовала именно это: мне казалось, что заказчики услышат мои требования и откажутся, но они согласились.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

Мне предстояло шить по пять игрушек в день — а это тяжело, когда ты находишься в однокомнатной квартире с одним столом. Вскоре ко мне приехала мама: мы вставали в шесть утра, я шила чудиков, а она их набивала. Потом подключились подружки: они разрисовывали игрушки. Мною двигали не 150 тысяч, а то, что мой проект кому-то нужен, да ещё и в таких масштабах. Это были ответы на все мои вопросы и хороший пинок.

Мастерская в «однушке» и поиск помощницы

После этого чудики стали стоить от 2 500 рублей: росла ценность моей работы и самого продукта. Я прошла курсы личного роста и смогла обосновать для себя повышение цен: видела, что игрушки становились лучше, материалы тоже, и понимала, что это изделие — одно на миллион. Я стала зарабатывать по 30 тысяч рублей в месяц и жить на них.

Шить я продолжала в однокомнатной квартире. Когда вставала с кровати, первым делом видела рабочий стол — и мне уже не хотелось ничего делать. Я не знала, пойти мне сейчас поесть, сшить чудика или полежать. Так я решила, что нужно найти мастерскую.

Я не была готова платить за аренду больше 10 тысяч рублей. Меня всё пугало — и ремонт, и покупка мебели, — но тут опять сработал мой «запрос»: летом 2017 года я познакомилась с местным дизайнером одежды — классной творческой женщиной, которой в Краснодаре принадлежало атмосферное арт-пространство. Попав туда, я подумала, что хочу снять хотя бы маленький кусочек площади, чтобы просто находиться там и работать, вдохновляясь местом. В итоге за свои 10 тысяч я получила стол и стул в уголочке. Тогда же у меня появилась идея найти швею.

— Я долгое время не понимала, в чём мой триггер: почему мне всё так нравится, но проект медленно движется. А потом я осознала, что дело в самом шитье: мне не хотелось им заниматься. Выходит, я придумала себе дело, в котором самый важный процесс был для меня самым сложным.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

В то время я как раз познакомилась со своим будущим мужем, а у него нашлась знакомая Марина, которая любит шить. Она работала дома и приносила мне каркас чудика, а я в своём уголочке мечты создавала выражение лица: рисовала или вышивала глазки и другие элементы.

Вскоре мы решили снять помещение на двоих. Аренда новой мастерской обходилась мне в 16,5 тысяч рублей. Я сосредоточилась на других важных задачах и уже почти не касалась шитья — разве что когда Марина совсем не успевала.

Сегодня на мне — закупка, логистика, общение с клиентами и ведение инстаграма, а также подбор тканей. Сейчас, когда я вижу рисунок, уже понимаю, как его реализовать: к примеру, сразу могу определить, из какой ткани сделаем ручки чудика или где пройдёт ленточка. Никто не придумает за меня, какой будет игрушка по материалам и цвету: это моя стихия.

«Тридэшные» персонажи и абстрактный Вихрь

В 80% случаев родители заказывают чудиков по рисункам своих детей — иногда уже взрослых. Как раз сейчас у нас есть такой запрос: мама хочет подарить своей 20-летней дочке смешную кучерявую собачку с бантиком, которую та когда-то нарисовала. Бывает, забавных персонажей рисуют сами взрослые. Жёны дарят мужьям игрушки, сшитые по их любимым детским рисункам, — и наоборот.

— Когда заказчики присылают рисунок и спрашивают, сможем ли мы такое оживить, я сначала отвечаю «Да», а уже потом смотрю на картинку: так интереснее. Я благодарна людям, которые видят чудиков в странных детских рисунках. Например, присылают абстракцию и говорят: «Это Вихрь», а там круги, намазанные карандашом, и две неразборчивые ножки. Если бы чудиками становились только зайчики и собачки, они бы не собрали вокруг себя столько любви.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

Наша главная ценность — не рисунки, а то, что за ними стоит. К примеру, одна мама не могла уложить дочку спать: девочка боялась темноты и плакала. Эта женщина предложила дочке нарисовать героя, который будет её оберегать во время сна. Девочка нарисовала невероятное существо по имени Моро. В нём было смешано пять или шесть видов из семейства кошачьих: голова льва, тело тигра, ноги леопарда. По словам мамы, её дочка, получив чудика, действительно перестала бояться спать: верила, что Моро защищает. И таких историй много. Бывает, дети болеют страшными болезнями и рисуют для себя ангелов-хранителей. 

Мы заявляем, что можем оживить любой детский рисунок: это наша специализация. Я стараюсь не болтаться и редко отхожу от основного направления. Иногда нас просят сшить героев из мультфильмов или книг. Но, если персонаж слишком реалистичный, весь такой «тридэшный», его очень тяжело перенести на ткань — в этом случае нам приходится отказывать. Бывает, люди присылают взрослые портреты и просят сделать чудиков по ним. Я знаю, что могу неплохо на этом заработать, но «Чудики» — не про это.

Уникальные выкройки и отказ от синтетики

Сегодня чудики стоят от 4 500 до 6 000 рублей. Мы стараемся использовать более натуральные ткани: вместо флиса — лён и велюр. Если раньше ткань, из которой я шила, стоила 300 рублей за метр, то сейчас 700. При этом я ставлю перед собой задачу искать самые крутые материалы. Если это лён, то с необычными оттенками, а если велюр, то с необычной фактурой.

— Многое подсказывает моя новая помощница Оля. Раньше у нас были плоские и цельные игрушки, а сегодня она шьёт им одежду: у чудика могут быть съёмные ботиночки, кофточки и брючки. Всё это энергозатратно и тоже влияет на цену изделия.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

Размер игрушек — от 30 до 50 сантиметров. Самых лёгких в плане реализации чудиков мы шьём за один рабочий день, обычно это какое-то животное с четырьмя ногами, мордочкой и хвостиком. На остальных уходит от полутора до двух дней.

— Бывает, ты смотришь на рисунок и говоришь: «Ой, как легко, просто сделаем вот так». Наверное, эти рисунки обижаются, потому что порой в итоге они нам не даются, поэтому приходится что-то переделывать, а это требует больше времени.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

Наше производство отличается тем, что у нас нет ни одной похожей выкройки: сделали игрушку — выкинули лекало. Мы не можем сохранить его и год делать игрушки по образцу. Каждый чудик существует в единственном экземпляре, поэтому много времени уходит на его визуализацию. В месяц мы делаем около 25-30 игрушек, и на исполнение каждого заказа закладываем от 15 до 20 дней.

Настоящий бум интереса к чудикам обычно случается под Новый год, поэтому уже в ноябре я заканчиваю приём заказов к празднику, иначе мы не успеем. Каждому изделию нужно внимание, и мне не хочется, чтобы проект превратился в конвейер. «Чудики» — не про тысячу игрушек в месяц: я планирую улучшать их качество, но не количество.

Сегодня мы сотрудничаем с магазином здорового питания «Амбар» в Москве — уже второй месяц делаем для него интерьерные игрушки. Нам присылают иллюстрации с персонажами, и мы отшиваем их по оптовой цене: сначала они заказали четыре чудика, потом шесть. Если сами «Чудики» — это творчество, то такие заказы могут приносить нам более стабильный заработок.

Выход на Etsy и «международный» инстаграм

Наверное, чудиков сегодня нет только в Австралии и Африке. Мы покрыли Россию — от Камчатки до Калининграда, — отправили заказы в Мексику, Гонконг, Дубай и практически во все страны Европы. В основном наши заказчики — русскоязычные люди, которые живут в разных уголках мира. Сейчас я осваиваю международную площадку Etsy. Ещё у меня в планах — сделать инстаграм на английском языке и сайт. 

В 2018 году мы начали пользоваться таргетингом. Он настроен на Москву, Петербург, Екатеринбург и Новосибирск. Так получилось, что мы изначально ориентировались на среднюю полосу России и Зауралье: блогеры, с которыми я сотрудничала, были именно оттуда — к нам пришла местная аудитория. 

В Краснодаре о «Чудиках» практически никто не знает, но я всегда радуюсь, когда игрушки заказывают люди из нашего города. Мы постоянно шьём изделия, кладём их в коробку, они куда-то улетают — и мы не знаем, кто и как их встречает. А тут совершенно другие эмоции: люди приходят за чудиком лично, даже просят сфотографироваться.

— Однажды мама из Краснодара рассказала своей дочке, что в городе живёт фея, которая принесёт ей игрушку, если та будет хорошо себя вести. Она попросила меня лично подарить чудика: мы встретились, разыграли целую сценку, девочка получила рыжего льва и сама была в рыжем костюме. Она спросила: «Здравствуйте, а вы фея?». Проект живёт именно благодаря родителям, которые видят в «Чудиках» больше, чем просто игрушки.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

Плюсы пандемии и планы на будущее

Средняя выручка проекта — около 120 тысяч рублей, а чистая прибыль — 60-70 тысяч. Основной статьёй расходов  является зарплата швеи: я очень ценю её работу. Около 10 тысяч рублей ежемесячно уходит на таргетинг, ещё 15 тысяч — на зарплату таргетологу. 

Аренда мастерской сегодня обходится в девять тысяч. В марте, когда из проекта ушла Марина, а Оля работала из дома, я поняла, что прежнее помещение площадью 24 «квадрата» — слишком большое. Два месяца во время карантина я не оплачивала аренду, но многие наши соседи за время самоизоляции покинули свои помещения, и так освободилась комната этажом ниже. Она наполовину меньше, на 50% дешевле, а окна здесь ещё больше. У меня впервые появилась возможность развернуться: на моём рабочем месте всегда стояла швейная машинка, а теперь я купила себе личный стол, где лежат ноутбук и тетрадки. После этой ситуации я поняла, что не нужно ни о чём переживать: если что-то идёт не так, значит, жизнь готовит тебя к чему-то хорошему.

На ткани я трачу 10-30 тысяч, но бывает и так, что вообще ничего не покупаю. В среднем за месяц уходит два метра от каждого рулона — это немного, поэтому у меня нет потребности закупаться оптом. Именно из-за ткани практически невозможно рассчитать себестоимость игрушек. Обычно у производителей есть постоянные коллекции и, к примеру, три одинаковых выкройки. Им легко посчитать, сколько метров ткани уйдёт на одно изделие. Я не могу этого сделать, потому что в одном чудике может использоваться шесть разных материалов: один кусочек — десять сантиметров, другой — пять.

— Мы не знаем, какой рисунок ждёт нас завтра: красный слон или голубая собака. Поэтому в мастерской лежит огромное количество ткани любого цвета: сколько карандашей у детей, столько у меня отрезов. Чудики бывают разными — и очень маленькими, и очень большими. Я хочу прийти к тому, чтобы у игрушек любого размера была своя фиксированная цена, а ещё создать свою линейку чудиков: сделать те самые выкройки, которые мы не будем каждый раз выбрасывать.

Анастасия Сон
основательница мастерской «Чудики»

Фото: инстаграм @chudiki.co

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: